Вторник, 23.05.2017, 04:07

Главная » 2010 » Июнь » 12 » NEWS
16:31
NEWS
Голодные игры «Жемчужина Заговора(или сюжета)» версия 2.0 

В этом посте я напишу о трилогии «Голодные Игры» Сьюзен Коллинз,и в особенности я расскажу о первых двух книгах этой серии а также размышления о финале.Честно предупреждаю:если вы читаете эту статью до прочтения Голодных Игр и Воспламенения,если прочтению книги в первый раз(как минимум) вы предпочитаете опыту истории,не зная подробности самой истории событий или как это получается исходя из этого поста почти наверняка «испортить» ваше первое прочтение книг.Тем,кто читал книги,будет весело. 
Два воскресенья назад в посте под названием «Кто это-сойка-пересмешница?» я выдвинул теорию о том что жена мэра Дистрикта 12,Миссиз Донер-Андерси была тайным кукловодом позади истории Сойки-пересмешницы написанной в переделах Голодных Игр Капитолия.Многие читатели приняли эту идею,но и многие возражали против теории,и я провел большую часть последних двух недель отвечая на вопросы и возражания по этому поводу. 

Жемчужина Заговора,версия 2.0:Обратная История Сопротивления Дистрикта 12 
Давайте начнем с замечания об очевидности начала истории,как и во многих историях,которое не было на самом деле началом.Как в «Одиссее»Гомера,мы начнем с in medias res(по латински середина),середины событий,эта часть задачи автора использовать свой артистизм и экспозиционные навыки чтобы довести до нас что произошло до процесса внедрения персонажей и основным конфликтом драмы.Мы начинаем с дома Китнисс в день Жатвы Голодных Игр,но какое же действительно начало истории? 

Я предлагаю свою историю происхождения во времени до времени «старой,очень старой»колыбельной,которую поет Китнисс Руте в качестве последней просьбы: 

Петь сейчас? Меня душат слезы, а мой голос стал сиплым от дыма и постоянного напряжения. Но я не могу не исполнить последнюю просьбу Прим... то есть Руты. Я должна хотя бы попытаться. Мне приходит на ум колыбельная, которой мы в Дистрикте-12 успокаиваем голодных, несчастных ребятишек. Ее сочинили очень-очень давно в наших горах. Учительница музыки называет такие мелодии горными. Слова очень простые и успокаивающие; в них — надежда, что завтрашний день будет лучше, чем тот кусок безысходности, который мы называем днем сегодняшним. 

Я откашливаюсь, сглатываю слезы и начинаю: 

Ножки устали. Труден был путь. 
Ты у реки приляг отдохнуть. 
Солнышко село, звезды горят, 
Завтра настанет утро опять. 
Тут ласковый ветер. 
Тут травы, как пух. 
И шелест ракиты ласкает твой слух. 
Пусть снятся тебе расчудесные сны, 
Пусть вестником счастья станут они. 

Веки Руты затрепетали и опустились. Она еще дышит. Почти незаметно. Я не в силах больше сдерживать слезы, они ручьем текут у меня по щекам. Но я должна допеть для нее до конца: 

Глазки устали. Ты их закрой. 
Буду хранить я твой покой. 
Все беды и боли ночь унесет. 
Растает туман, когда солнце взойдет. 
Тут ласковый ветер. Тут травы, как пух. 
И шелест ракиты ласкает твой слух. 

Мой голос становится едва слышным: 

Пусть снятся тебе расчудесные сны, 
Пусть вестником счастья станут они. 

Вокруг мертвая тишина. И тут внезапно, так, что мороз пробежал по коже, моя песня зазвучала снова. Это запели сойки-пересмешницы. 

Смерть Руты и украшение Китнисс ее трупа цветами – это сцены,которые повторяют на протяжении Игр и Воспламенения:салют Дистрикта11,который она получает на Туре Победителей;Пит с изображением Руты в руках;и эта предыстория эхом отзывается в прощании Хэймитча с Мэйсли Доннер в Играх Подавления-но эты песня,колыбельная,в которой доверие младенцев как правда, из-за ее возраста(Руты видимо) и значения,исконный аспект жизни,превыщающий Панем,в чем сила и уверенность Китнисс. Она возвращается на Подавление и посвещает себя выживанию Пита даже за счет собственной жизни: 

Пит все же не позволяет ему(Финику) этого. 
– Это слишком опасно, – говорит он. – Я не устал. Ты ложись, Китнисс. – Я не возражаю, потому что мне действительно надо поспать, если я хочу, чтобы у меня было какое-нибудь средство для сохранения его в живых. Я позволяю ему отвести меня к остальным. Он надевает цепочку с медальоном мне на шею, а затем кладет руку на то место, де должен был бы быть наш ребенок. – Знаешь, ты будешь великолепной матерью, – говорит он. Он целует меня в последний раз и возвращается к Финнику. 
Его обращение к ребенку сигнализирует, что наш перерыв от Игр закончен. Он знает, что зрители будут задаваться вопросом, почему он не использовал самый убедительный аргумент из своего арсенала. Это должно подействовать на спонсоров. 
Но когда я растягиваюсь на песке, я думаю, могло ли это быть чем-то большим? Вроде напоминания о том, что когда-нибудь я смогу иметь детей от Гейла? Ну, тогда это было ошибкой. Потому что именно это никогда не было частью моего плана. 
К тому же, если только один из нас сможет быть родителем, для всех очевидно, что это должен быть Пит. 
Пока я засыпаю, я пытаюсь представить мир, где-то в будущем, в котором нет ни Игр, ни Капитолия. Место, похожее на луг из той песни, которую я пела Руте, пока та умирала. Место, где ребенок Пита будет в безопасности. 

Когда я просыпаюсь, я испытываю недолгое, восхитительное чувство счастья, которое каким-то образом связано с Питом. 

Это счастье связано с Питом и местом, где живет его ребенок, я думаю, является безусловной, самоотверженной и жертвенной любви Китнисс,которая проявляется в опыте поцелуев, любовь, которая распространяется и на "кончик ее существования". Любовь Пита к Богу является абсолютным и превосходящим пунктом, который является центром или происхождением круга трилогии Голодных Игр. 

Вот три события, определяющие повествование о Капитолие: 
1. восстание Дистрикта по крайней мере за74 года до открытия Голодных Игр 
2. победа Капитолия над дистриктами и Договор о государственной измене, а также 
3. проведение ежегодных Голодных игр и иногда 25-летия Подавления чтобы продемонстрировать подчинение Дистриктов. 

Китнисс в основном не знает о том, какая была жизнь раньше, как и в районе 12 еще до ее рождения, и мы не знаем больше того,что она узнала в школе. Немного кусков прошлого, которые мы действительно поднимаем в течение Голодных Игр и Воспламенения, являются очень личными или неопределенными частями. 
Вот несколько, которые кажутся наводят на мысль о скрытой истории нашего рассказчика: 
Хэймитч говорит Китнисс после порки Гэйла: «Не бескпокойся…Привыкай,до Края тоже были порки.Это одна из тех вещей,которые мы приняли» 
Это должно восстановить в Китнисс некоторую уверенность в способности матери исцеоять,но это также заставляет ее признать,что «я не могу вспомнить то время,до Края,когда глава миротворцев так свободно использовал кнут.Но моя мать была примерно в моей возрасте и еще работала в аптеке с родителями». 
Я думаю, здесь больше информации.чем Хэймитч хотел поделиться – и то что предполагает по крайней мере одну причину того что он был выбран на 25-летие Подавления. 
Я не считаю,что будет слишком,если сказать,что отец Китнисс был одним из лидеров сопротивления Капитолию в Дистрикте12 и был другом Хэймитча и отца Гэйла. 
Конечно нет конкретного доказательства,но есть пару фактов ,которые предпалагают такую возможность. 
Во-первых,г-н Эвердин был человеком природы и традиций(пример-его «семейная книга» про растения),котрый рисковал жизнью,занимаясь незаконной охотой. Как замечательно, он взял свою самую старшую дочь в его экспедициях поиска пищи и охоты, чтобы преподавать ей навыки, которые она должна будет пережить. Этот замечательный риск имеет больше смысла, если шахтер и рассматриваемый папа понимают, что он мог бы быть убит в любое время и что его семья погибнет в его отсутствии, если у кого-то не будет обучения выживания. 
Во-вторых,мистер Эвердин умирает в результате взрыва мины вместе с отцом Гэйла. Мы знаем из порки Гэйла и забота, которую его друзья дают ему, что добывающие команды очень близки; их жизни зависят от навыков, сил, и надежности их товарищей по команде. Кажется разумным предположить, что отцы Хоторн и Эвердин, члены той же самой команды в шахтах и разделении навыков в лесу, разделили и другие интересы. 
Мы узнаем от беженцев Дистрикта8,Бонни и Твил, что миротворцы взорвали весь завод полного работников, потому что " кто-то сказал в Капитолии, что идея восстания появилсь там"(Воспламенение,стр.146).Я подозреваю,что Эвердин и Хоторн учили своих старших детей, чтобы иметь возможность жить за счет земли, поскольку каждый человек знал свою революционную деятельность и этого будет достаточно, чтобы вызвать смертельный "несчастный случай" в шахтах. 
Ядумаю,если они не знали Хэймитча,это только потому,что держался подальше от опаснотей.Но опять же кажется разумным,что Хэймитч с его связями и относительной свободой,знал о них и об их детях. 
То,что отец Китнисс умер при взрыве,установленным Капитолием,чтобы «послать сообщение»-возможно объесняет депрессию жены после его смерти и ее готовностьозволить ее детям умирать от голода. Их будущее, поскольку она вообразила это в качестве члена сопротивления и жены мучившего лидера, могло только быть одним из длительного наказания, даже поездка для по крайней мере одного из них в Игры Голода, чтобы напомнить Району 12, что случается с горячими головами и их детьми. 
Дистрикт12 приветствует Китнисс,когда она добровольно вызывается вместо своей сестры Прим-замечательный жест,котрый имеет значение в том случае,если ее отец был кем-то,кого они знали и любили и скучают по нему.Они поняли,почему ее семья была отмечена для Жатвы.Этого Китнисс не узнает от матери.Дочь Патрика Генри из Дистрикта12 уже отмечена для смерти,так что лучше держать прошлое ее семьи в тайне,пока на Жатве они не показывают симпатию к Китнисс,которую она не понимает. 
Мы видим трех выбранных детей Дистрикта12:Мэйсли Доннер,анонимная девушка и Хэймитч.Я уже говорил,что Хэймитча могли выбрать потому что он был опасен в глазах властей,Что мы знаем о Мэйсли Доннер? 
Она окружена двумя подругами:первая-ее сестра близнец,котрая однажды станет женой мэра и матерью Мадж,другая-мать Китнисс, медсестра борцов сопротивления.Как отмечает Китнисс,у нас есть «связь» между миссис Доннер-Андерси и миссис Эвердин в отношении Мэйсли Доннер-трибут,которая была убита на арене. 
Третье Подавление на 75-летии Договора о государственной измене видимо предназначено для отправки сообщения о наказании Дистриктов путем убивания победителей Голодных Игр. Разве нелогично рассматривать возможность того, что второе Подавление на 50-летие было разработано также-и проблема не в количестве Трибутов на Жатве, но и в конкретных качеств этих молодых мужчин и женщин? 
Я думаю, что это разумная возможность.Она создает альянс Хэймитча и Мэйсли на Подавлении-и его агонию,когда он держи ее за руку пока она умирает,его Рутин мом5нт.когда не удалось спасти женщину,которая спасла его,котрой он позволил уйти,не предложив «пожать руки или даже посмотреть на нее».Он нарушил кодекс арены Голодных Игр,но не достаточно быстро чтобы спасти Мэйсли.И я думаю этот момент привел к плану чтоб Китнисс и Пит играли Ромео и Джульетту,идея заговора радилась в его сердце. 

Сойка-пересмешница будет историей о восстании заговорщиков и ответе Китнисс, которая, я уверен, должна будет в конечном счете охватить сознательно часть людей в дистриктах и сделать выбор самореализации, чтобы сказать правду, чтобы двинуться на большой скорости, побеждая Капитолий.
За перевод большое спасибо LILU13! При копировании материала, ссылка на сайт обязательна!
Просмотров: 876 | Добавил: Sweetie | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Что будет с Цинной?
Всего ответов: 617

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
500
Мы [b][K]онтакте